Эхо Москвы Оренбург

Максим Курников: Я надеюсь, что нынешний губернатор, конечно, поговорит с руководителем «Т-Плюс», который все эти годы прибирал чуть больше, чем нужно

Максим Курников: Я надеюсь, что нынешний губернатор, конечно, поговорит с руководителем «Т-Плюс», который все эти годы прибирал чуть больше, чем нужно
Ноябрь 16
15:12 2019

Расшифровка программы «Персонально Ваш» за 6 ноября 2019 года

Гость по телефону: заместитель главного редактора «Эха Москвы» Максим Курников

Ведущая: Дарья Беликова


Д. Беликова:

— Максим, первый вопрос, который хотелось бы тебе задать: два месяца пошло с того момента, как Денис Паслер стал губернатором Оренбургской области, и мы все очень много говорили, в том числе шутили про «новые решения», но, так или иначе, тебе понятно, какие новые решения будут нас ждать спустя эти два месяца?

М.Курников:

— Слушай, ну если ты хочешь, чтобы я шутил на эту тему – это одно, если ты хочешь, чтобы я тебе серьёзно отвечал – это другое, потому что понятно же (я думаю, всем понятно), что новые решения – это, так скажем, находка политтехнологов, это не реальная какая-то история, что вот он придёт, и будет все по-новому. Я думаю, что даже самые наивные избиратели или самые верящие в Дениса Паслера люди понимают, что невозможно, чтоб пришёл какой-то человек, будь он трижды гениален, будь он нобелевский лауреат по экономике и литературе одновременно, вряд ли он какие-то такие решения будет принимать, что все зацветет, все заработает и все будет. Хотя, конечно, некоторые его решения, честно говоря, для меня в новинку.

ГОСУДАРСТВО ДЕКЛАРИРУЕТСЯ КАК СОЦИАЛЬНОЕ, НО НА САМОМ ДЕЛЕ ОНО У НАС ДОВОЛЬНО КОРПОРАТИВИСТСКОЕ

— Например?

— Ну, когда мы видели такое, чтобы понижали на что-то тарифы?

— А, ты имеешь в виду мусор?

— Ну, например, мусор.

— Ну пересмотрели, посмотрели, разобрались – у нас же так часто бывает.

— Да ладно, когда это?

— У нас даже людей иногда осуждают, а потом смотрят, разбираются и отпускают. Так и с тарифами получилось.

— Осуждают – это другое. И то, бывает очень редко. А чтобы тарифы понизили – это вообще редкость. На самом деле, если разобраться в этой ситуации поподробнее, то тут сразу несколько пластов. Один большой  пласт – это все, что связано с мусором, с той реформой, которая проходит. Я просто вот буквально на днях был в Республике Коми, в Сыктывкаре, и встречался там с защитниками Шиеса центральными – и, в общем, это отдельная тема, о которой можно будет поговорить, если у нас останется время. То есть все, что связано с мусором – это в принципе интересно, и пересмотр тарифов в низшую сторону в регионе, где и так, который он был не чемпион, прямо скажем, по размеру тарифа – эта история интересна. То есть все, что связано с мусором – это первый аспект. Второй аспект – в принципе, когда какая-то монополия устанавливает тариф, так уж устроено наше государство, такие люди в комиссии, в депутатах, то есть в парламенте и правительстве, что они защищают монополию, прямо скажем, государство декларируется, как социальное, но на самом деле мы прекрасно понимаем, что оно у нас довольно корпоративистское, т.е.  есть какие-то крупные корпорации, которые контролируют большую, а иногда даже бОльшую часть рынка.

— Ну конечно, они же платят налоги, в конце концов.

— Да, так удобнее. Государству работать с одним крупным предприятием удобнее, чем с большим количеством маленьких. И в этом смысле, кстати, я иногда не понимаю, почему так возмущаются коммунисты, которые, в общем-то, в некотором смысле для того и хотят тоже приходить к власти, чтобы было одно большое государственное предприятие. Они, правда, говорят, что государственное предприятие не будет платить такие большие дивиденды, такие большие деньги руководителям. Типа это будет гораздо справедливее распределяться, но это большой вопрос. Ладно, об этом не будем. Тем не менее, у нас есть крупные корпорации, и государство обычно защищает интересы этих корпораций, так или иначе, иногда выдавая это за интересы граждан, но, тем не менее, защищая их. И тут вдруг корпорация говорит «а мы не согласны» — а им берут и понижают этот самый тариф. О чем это может говорить? Давай попробуем порассуждать на эту тему: первое, о чем это может говорить, что они почему-то не договорились, например. Есть какой-то аспект, который.. судя по всему, не нашли общий язык.

ВОЗНИКАЕТ ВОПРОС: А ЧТО ТАМ ПРОИСХОДИТ НА МУСОРНОМ РЫНКЕ ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ, КТО С КЕМ ЧТО НЕ ПОДЕЛИЛ, КТО С КЕМ О ЧЕМ НЕ ДОГОВОРИЛСЯ?

— А кто с кем общий язык не нашли?

— Это корпорация, которой понижают тариф, вообще любая корпорация, которой понижают тариф, мы не говорим сейчас  даже о мусорном операторе, а любая корпорация, которой понижают тариф и которая публично даёт понять, что она не очень-то согласна с понижением этого тарифа – скорее всего, они договорились о чем-то или хуже — что опаснее может быть для всех участников, кроме, может быть, потребителя, а иногда и для потребителя опасно – у них какой-то серьёзный конфликт и борьба за эту самую собственность, за рынок, например, или за саму компанию даже. То есть, таким образом, позиции компании, понятное дело, ухудшаются. И вот тут возникает вопрос: а что там происходит на мусорном рынке Оренбургской области, кто с кем что не поделил, кто с кем о чем не договорился? И, как  мне кажется, вот пока в региональной повестке, вот в оренбургской, если говорить о крупном бизнесе и политике – наверное, это пока самая сильная точка напряжения, которая сейчас вот виднеется, и, к сожалению, она происходит не из-за защиты только интересов потребителей. Интересы потребителей здесь скорее выступают инструментом, видимо, из-за того, что кто-то не может что-то поделить. Но хорошая новость в том, что любая конкуренция в итоге приводит к каким-то плюсам, к каким-то положительным решениям для тех, за кого конкурируют, потому что хотят понравиться им, и есть вероятность, что здесь выйдет какой-то позитив. Но другое «но» — вообще, мне кажется, надо обратить внимание на такую практику, и я не знаю, что там и как, обратили ли внимание оппозиционеры региональные на это, но вообще это очень интересно. Нам просто всегда говорили, что «ребята, вы что? Все тарифы всегда считаются с математической точностью, там такие расчеты»

ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ИНОГДА В РАСЧЁТЫ МОЖЕТ ЗАКРАСТЬСЯ ОШИБКА — ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ ПРЕЦЕДЕНТ

— Есть целые ведомства, которые этим занимаются.

— Есть целое ведомство, которое этим занимается, которое это контролирует и проверяет. И, конечно, какие-то расчёты приносят сами – энергетики, тепловики, мусорщики, кто там водой снабжает – водоканал и т.д. То есть они все рассчитывают, потом проверяет какой-то дяденька, который на наши деньги работает, мы ему зарплату платим, на наши налоги работает, он все это считает внимательно и говорит: «а вот тут вы, кажется, ребята (вы, конечно, зарабатывайте, но не наглейте – переводя на русский язык) немножечко обнаглели». Должен сказать этот дяденька, который проверяет эти тарифы и выносит депутатам (депутаты же утверждают, например, на уровне города тарифы и т.д.?). И депутатам говорит: «смотрите, я проверил, вроде бы нигде не обнаглели». Потом депутаты проверяют и говорят: «ну, да, логичные тарифы». Мы же верим в то, что каждый депутат Горсовета проводит расчёты, у него же есть помощники.

— Конечно, они же сидят, думают, как это сделать лучше. Конечно.

— Мы же их не просто так выбираем, правильно? Они проводят расчёты, эти депутаты. И после этого утверждают тариф. Так вот, выяснилось, что, оказывается, иногда в эти расчёты может закрасться какая-то ошибка. Это очень важный прецедент. Мне кажется, что теперь, в первую очередь депутаты-оппозиционеры должны все заново пересчитать и понять, а нет ли у Водоканала, например, какой-то ошибки. Да что там Водоканал! Есть такая компания, как «Т-Плюс»!

НАДЕЮСЬ, ЧТО НЫНЕШНИЙ ГУБЕРНАТОР ПОГОВОРИТ С РУКОВОДИТЕЛЕМ «Т-ПЛЮС» И СДЕЛАЕТ ЕМУ ТАКОЕ ВНУШЕНИЕ, КАК ОН СДЕЛАЛ РУКОВОДИТЕЛЮ МУСОРНОЙ КОМПАНИИ

— Так «Т-Плюс» и так сказали им снизить тарифы на теплоэнергию в Оренбургской области.

— Кто им сказал?

— Ну, поручил глава ФАС, вот который приезжал к нам – Сергей Пузыревский. На сайте ФАС появилось предписание тепловикам Оренбурга снизить тарифы на теплоэнергию. Вот прямо сейчас читаю новости передо мной.

— А губернатор уже высказался на эту тему?

— Кажется, ещё пока нет.

— Это будет очень интересный прецедент, потому что раз уж у нас появился такой прецедент, что действительно бывают ошибки, то я, конечно, надеюсь, что «Т-Плюс» и губернатор, в первую очередь, выступят за то, что бы «Т-Плюс», который получается эти годы незаконно не то, что бы грабил, грабил – не то слово… Как бы сформулировать, прибирал чуть больше – вот! Прибирал  чуть больше, чем нужно, и я надеюсь, что нынешний губернатор, конечно, поговорит с руководителем «Т-Плюс», который все эти годы это делал, и сделает ему такое внушение, как он сделал руководителю мусорной компании. Потому что там даже до Москвы доносились те грубые разговоры, которые они друг другу позволяли.

— Ты же понимаешь, что этого не будет. Компания «Т-Плюс» не чужая нашему губернатору, мы же взрослые люди, мы же понимаем, что этого не будет.

— Мне кажется, наоборот, это должно усилить эффект. А он разве не чужой «Т-Плюс»?

— Нет, я и говорю не чуждая нашему губернатору компания «Т-Плюс».

— Почему не чуждая? Нет, губернатор — всё. Ты понимаешь (мне кажется да, ты не понимаешь), человек, который идёт на госслужбу, всё, он забыл, для него «Т-Плюс» больше не существует, ну как не существует, — существует, только как организация, которая поставляет тепло. Она не может быть ему родной, иначе это коррупционные связи, иначе это серьёзные последствия для региона, для следственных органов и т.д. Нет, ни в коем случае он, конечно же, не будет лоббировать здесь интересы «Т-Плюс», я в это просто не поверю никогда. Ну он же не будет подставляться, правда? Честный должен быть человек, новые решения и т.д., и т.д. Так вот, что самое интересное, я думаю, депутаты Горсовета, особенно которые в свое время принимали программу, инвестпрограмму на 2010-2015 гг., они голосовали за эту программу. Точнее как — они голосовали за тариф, за повышение тарифа, и этот тариф тогда повысили для «Т-Плюс», для того, чтобы они сделали инвестпрограмму и заменили там у себя не знаю что, трубы какие-нибудь.

— Ну да, старые трубы, коммуникации.

— Так вот, программа была принята на три миллиарда. Тариф тогда повысили, ну примерно на 1,70 – 1,80 руб. что-то такое, с каждого, понимаешь, да, с нас с тобой. И ты знаешь, насколько они выполнили эту программу официально по документам?

— На сколько?

— Ну, говорят, на треть.

— А 2015-ый уже закончился.

— 2015 год уже закончился, это правда, но я считаю, что это хорошая новость. Плохая новость была бы, если  бы не выполнили бы вообще, понимаешь? А так хорошая новость – на треть же выполнено.

— А где деньги на остальные две третьих, хочется спросить тогда.

— Это детали, Даш, это детали! Ну почему вот ты все время придираешься? Ты придираешься, я считаю. Я считаю, что на одну треть выполнили – уже хорошо.

— Тогда пусть вернут нам наши деньги, на которые две третьих не было выполнено, это же логично?

— Не знаю, я не поддерживаю этого требования.

ЕСЛИ КАКОЙ-ТО ТАРИФ СНИЖАЕТСЯ, ЭТО ПОВОД ПЕРЕСМОТРЕТЬ АБСОЛЮТНО ВСЕ ТАРИФЫ

— Если эту тему резюмировать, твои мысли по поводу, что будет дальше?

— Я действительно считаю, что, конечно, такой корпоративистский подход – он, конечно, редко получается в пользу жителей. Он изначально настроен на то, чтобы какие-то люди зарабатывали деньги, конкуренция была минимальной и так далее.

— И решали свои проблемы.

— Да, да. Понятно, что и когда возникают такие конфликты, такие конфликты хотя-бы позволяют нам заглянуть немножечко в то, как такие решения принимаются. И мы понимаем, что если какой-то тариф снижается, мне кажется, это повод пересмотреть абсолютно все тарифы. В этом случае надо сказать огромное спасибо Денису Паслеру, который нам эту дверку приоткрыл. До него мы себе такое вообще не могли представить.

— Нет, ну мы просили.

— Ещё раз говорю, он нам приоткрыл эту дверцу, и я надеюсь, что теперь всем монополиям снизят так же тарифы. Я считаю, что, по крайней мере, этого надо требовать. Люди в Оренбуржье увидели, что это работает, это возможно.

— То есть мы наблюдаем. Мы пока наблюдаем и смотрим, фиксируем у себя эту ситуацию и смотрим, что будет дальше с «Т-Плюс» и ждём высказывание губернатора по этому поводу.

— А у меня другой функции и нет, дорогая Даша. Я же не депутат, не чиновник, не оппозиционер, я просто наблюдаю.

— Ты так веришь в силу наших депутатов и оппозиционеров, которые действительно могут стучать по столу и требовать пересмотра? Ты когда-нибудь видел такие ситуации в Оренбургской области, даже когда здесь жил и работал?

— А во что мне ещё верить, дорогая Даша?

МЫ ВСЕХ ЛЮБИМ, И ЭТО ПРЕКРАСНО

— Я не знаю. В новые решения, которые дальше ещё будут? Смотри, чтобы не далеко отходить от Дениса Паслера, хотела бы просто задать тебе вопрос. День Народного Единства прошёл, и, говорят, что Дениса Паслера не было на этом мероприятии. Он не выступил перед людьми, которые пришли на праздник, ничего не сказал, никак не поздравил. Единственное поздравление появилось на сайте Правительства Оренбургской области, и все. За него выступал Олег Димов. Послушай, раньше такого никогда, мне кажется, не было, ну на моей, по крайней мере, памяти. А я была на многих Днях народного единства, в том числе и на самых первых. Как ты расцениваешь ситуацию? Это нормально, не нормально?

— Даша, я очень хорошо помню первый День народного единства, мы с тобой там, по-моему, были вместе, и там, по-моему, НБП-шницы устроили.

— Слушай, нацболы были прекрасные в свое время, давай признаем этот факт, да?

— Запрещённая ныне в России организация.

— Да, запрещённая в России организация – они делали самые крутые в России перформансы в свое время, но сейчас ситуация другая, она вот такая. Обратили многие на это внимание, понимаешь, в чем дело? Не то, чтобы осудили, а вот обратили внимание.

— Даш, я считаю твой вопрос проявлением лицемерия.

— Почему?

— Скажи, ты была на этой акции?

— На Дне народного единства, который вот проходил в последний раз?

— На дне, да, на том самом дне, да.

— На дне мы все давно. На Дне Народного Единства – нет, я не была.

— А почему ты тогда требуешь от Дениса Паслера, чтобы он там был?

— Я не требую, я обратила внимание, что его там не было. Понимаешь, обычно всегда губернатор как первое лицо области выступает перед бюджетниками, которые пришли на это мероприятие в свой выходной день. И говорит, как все хорошо, какой это замечательный, важный для всех праздник, тем более, праздник новый.

— Подожди, вот давай так: во-первых, ты говоришь, Дениса Паслера не было, но и тебя тоже не было. Я предлагаю, что если кто-то такие новости пишет — «Дениса Паслера не было» — надо перечислять всех, кого не было, т.е. новость по идее про тех, кто был, а не тех, кто не был. Ну, по идее. А во-вторых, ты сказала, что есть традиция, что тот, кто управляет областью, тот обращается…

— Да, поздравляет людей с праздником.

— Поздравляет в этот день. Вот я тогда тебе предлагаю (я не знаю, кто там поздравлял, кто там был), вот кто обратился, самый старший, вот тот, значит, и управляет областью – так и зафиксируем.

— Хорошо.

— Кто там обращался, скажи мне.

— Обращался Олег Димов.

— Вот!

— Он всех поздравил. Сказал, что мы не толерантны, Максим, а просто всех любим. Вот, кстати, тебе ещё одна фраза, которую стоит запомнить. Он сказал «что вы все про толерантность говорите? А не надо ведь про толерантность, мы просто всех любим в Оренбургской области».

— Нет, просто он, видишь, подверг философской критике термин «толерантность», по крайней мере, его сегодняшнее понимание. Олег Димов, в общем-то, я так понимаю, философски подошёл к этому поздравлению, он подверг критике этот термин, и надо сказать, что в этом смысле он вместе со всеми левыми либералами Европы. Ты знаешь, они тоже сейчас критикуют, да и в общем, и крайнеправые тоже критикуют этот термин «толерантность». И я считаю, что Олег Дмитриевич здесь как раз в тренде всех мировых тенденций по поводу оценки слова «толерантность». Ну всех любим – замечательно. Разве это не хорошо? А ты бы хотела, чтобы он сказал, что мы всех ненавидим?

— Нет, нет.

— Мы всех любим, и это прекрасно.

— Ну то есть мы не должны обращать внимание на такие вещи, когда глава региона куда-то не приходит, не появляется?

— Я тебе уже сказал, но, говорят, он  в принципе не так часто бывает как Юрий Александрович Берг, например, в области вообще.

— Это вообще нормально?

— Ну, послушай, Берга многие, наоборот, критиковали, что он слишком много разъезжает по области, а не занимается какой-то кабинетной работой. Вот вы критиковали за это Берга, ну что же, получите улучшенную версию Берг 2.0, точнее, Денис Паслер.

НУЖНО ДОКАЗЫВАТЬ УЖЕ НЕ НА ПОСТУ, А ВО ВРЕМЯ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ

— Хотелось бы ещё с тобой про город поговорить, потому что у нас тут намечается новый глава города – Владимир Ильиных. Приедет из небольшого города Североуральска – город как, примерно, Медногорск.

— Небольшой, но гордый.

— Небольшой, но гордый город Североуральск. У нас очень часто, по крайней мере, когда Юрий Берг был губернатором — «приехал из Орска управлять большим регионом, что это вообще такое?» А здесь, получается, приезжает из маленького города управлять большим городом – как? Мы должны критиковать? Или мы должны порадоваться? Какие эмоции ты испытываешь?

— Я испытываю, если серьёзно говорить, одну большую эмоцию — не скуки, а как, когда скучаешь по кому-то?

— Тоски.

— Да, тоски. Тоски по выборам.

— По прямым выборам главы города, ты имеешь в виду?

— Да, я допускаю, что это действительно может быть замечательный человек, умница, опять же, нобелевский лауреат не только по литературе и экономике потенциальный, а ещё и по физике, например. И, может быть, он будет потрясающим главой города, но он должен это каким-то образом доказать и показать жителям этого города. Мне кажется, что так это должно быть логично. К сожалению, ему теперь придётся это доказывать сначала своим начальникам, что они не ошиблись в выборе, в том числе, и когда они будут продавливать какие-то решения, с которыми он будет не согласен, может быть, внутренне, но он будет их выполнять, потому что он будет понимать, что его назначили сверху, а не снизу. Понятно, что когда будет какое-то недовольство горожан по какому-то вопросу, но при этом решение будет принято наверху, он должен будет проявлять либо чудеса какой-то  эквилибристики и балансировать, уговаривать горожан, например, но он вряд ли будет уговаривать начальство сверху, потому что его не для этого ставили. То есть по самой кандидатуре я не могу сказать ничего ни хорошего, ни плохого, потому что я просто не знаком с этим человеком. Я спрашивал у своих знакомых из Свердловской области, откровенно говоря, мало кто и его вот так знает, мало кто может что-то сказать определённое.

— Ну, да, ты знаешь, мы тоже пытались какую-то информацию найти.

— Он не был какой-то такой фигурой яркой, заметной, о которой все говорили, в отличие от Дениса Паслера, кстати говоря. Дениса Паслера знали все, и большинство абсолютное людей говорили о нем «ой, как же вам повезло! Лучше бы нам такого губернатора». То есть действительно так говорили. Убедимся, я надеюсь. Но через что ему придётся ещё проходить, т.е. мало того, что начальству придётся доказывать, так к нему ещё, конечно же, будет предвзятое отношение оренбуржцев. Ну, как ни крути, оно будет. Просто можно вспомнить Юрия Берга, Елену Николаеву и многих других людей, в общем-то, наверное, по крайней мере, начинавших, с большим энтузиазмом, старающихся что-то доказать, что-то улучшить, что-то сделать, которые столкнулись с мощной оренбургской привычкой «ну, давай, посмотрим на тебя, ну давай».

— Ну, разве это не нормально? Ты когда приходишь куда-то работать, все же смотрят на тебя, по сути дела, что в этом такого?

— Послушай, я тебе говорю, что от этого есть только одно лекарство – выборы. Нужно доказывать это уже не на посту, а надо доказывать это во время избирательной кампании, и, если ты это доказал во время избирательной компании, ты уже ориентируешься на мнения тех людей, которые тебя выбрали, и которые тебя не выбрали, чем-то были не довольны – доказывать им, что ты и для них работаешь, вот в мире это устроено так.

— Вот сейчас будет конкурс на главу города, у нас это называется конкурс, как и у всех. Опять, наверное, будет большое количество каких-то других людей, других кандидатов. Мы помним, кто был в прошлый раз.

— Женя Морозова будет участвовать?

— Не знаю, я думаю, что я пойду. Смотри, мы помним, кто был в прошлый раз, какие люди были, кто будет в этот раз – посмотрим. Но ты говоришь «прямые выборы», ты считаешь, что в Оренбурге реально остались люди, которые пойдут на прямые выборы главы города, и они действительно достойные, крутые, могут завоевать доверие людей? Я просто не могу даже навскидку.

— Это должно в обратную сторону работать: когда есть выборы, находятся люди. Это конечно так. Нет, естественно, появятся. И, естественно, они сначала будут разочаровывать, и понятно, что не факт, что в результате прямых выборов сразу победит такой человек, который всех осчастливит, и даже факт, что такой не победит. Но, тем не менее, это ответственность людей, это понимание, с кого спрашивать, ну и это учёт мнений всех.

Похожие статьи

2 комментария

  1. Андрей Шевцов
    Андрей Шевцов Ноябрь 16, 16:11

    В одиночку никто не сможет работать качественно. Это просто не возможно! Один в поле не воин. Любому руководителю нужна хорошая команда! Которая создаст тыл, поддержку и опору. На данный момент это приоритет у главы области. Далее уже дело за решением проблем региона

    Reply to this comment
  2. Torre
    Torre Ноябрь 18, 08:23

    Денис Паслер — экс гендиректор ПАО Т Плюс, ныне — губернатор Оренбургской области. Какие внушения он сделает Т Плюс, который при руководстве Паслера создавал СХЕМЫ, которыми должны заниматься люди из СК? https://orsk.ru/news/92014

    Reply to this comment

Написать комментарий

YouTube-канал

Опросы

Как вы относитесь к тому, что руководство Оренбургом перешло к Владимиру Ильиных?

Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Календарь

Ноябрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Окт   Дек »
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930